Л. Лаптев Кто остановит безумие?

Эта статья, присланная в редакцию жителем Жигаловского района Иркутской области, хорошо иллюстрирует жизненно важное значение леса для населения таёжных поселков. Мы живем в таёжном поясе, где лес определяет основные физические условия нашей жизни (климат, качество воды, воздуха и т.д.). Лес также является одним из основных источников поступлений в бюджет Иркутской области. То есть, по сути, лес — и дом наш, и наш кормилец. Как мы относимся к лесу, сохраним ли его для наших потомков — этим вопросам будет посвящён обзор в следующем номере журнала «Волна». Приглашаем вас, наши читатели, участвовать в обсуждении этой темы. Самые интересные ваши письма и их фрагменты будут опубликованы.

Большинству людей присуще оценивать жизнь с сиюминутных позиций и не особенно заботиться о будущем. Не случайно у нас на Руси до сих пор бытуют поговорки типа: «Будет день, будет пища». Безусловно, такое отношение к жизни уже не может сегодня лежать в основе нашей деятельности.

У любого народа мира всегда часть людей отличалась тем, что хотела видеть жизнь в перспективе и действовать так, чтобы обеспечить и светлый день, и достаток не только современникам, но и потомкам. Таких людей, как вы понимаете, называют, по большому счёту, государственными, так как из их деятельности и слагается настоящая государственная власть, и от наличия таких людей в правящих кругах в определённые времена зависели расцветы и падения той или иной страны мира. Окружающая нас действительность свидетельствует, что тем, кто правит жизнью сегодня на нашей земле, абсолютно безразлично наше с вами бытие. Давайте оценим их деятельность хотя бы на примере отношения к лесам в Жигаловском районе.

Мы живём в таёжном краю, 97% площади нашего района занято лесами. Даже если подходить к оценке этого нашего общего достояния с позиций потребительских (учитывая и недревесные дары леса, и продукты охоты и рыбалки, и ту же древесину как основной стройматериал, и дрова, и пр.), то понятно, что леса являются одной из главных составляющих жизни жителей района. Но на сегодня также известно, что леса эти работают не только на нас, они, очищая и оздоравливая воду и воздух, составляют основу для всего живого. Совсем не просто так мир всё больше внимания уделяет признанной мировым достоянием зоне озера Байкал с её уникальными водными и таёжными просторами.

На первый взгляд, кажется, да стоит ли нам особенно беспокоиться о рубках леса, у нас ведь его вон сколько — в любую сторону пойди, и всё тайга. Да не совсем это так! Тайга-то она и впрямь вроде бы необъятная, но лесов-то в ней таких, какие расположены по бортам и мысам реки Лены и её притоков, совсем немного.

Безусловно, жемчужиной этих лесов являются сосновые. Именно они вкупе с другими элементами природы формируют ту необычную привлекательность и красоту, которую мы, привыкнув к ней, не особенно замечаем, но которая не перестаёт восхищать гостей нашего края. А какие чувства охватывают человека, когда он попадает в сосновый бор! По сравнению с прочими нашими лесами, обычно закущенными и мрачноватыми, здесь золотисто-зелёный простор, лёгкость форм, нередко открывающиеся с крутого склона красивейшие виды, и всё это в сочетании с эликсироподобным ароматом воздуха, особенно в летнее время, оказывает на нас благоприятнейшее воздействие.

Да только ли на нас? В наших сосновых лесах наиболее богат состав живого мира от насекомых до самых крупных зверей. Для глухарей, обитающих в нашем районе, сосна и сосняки являются определяющими жизнь, их домом. Лучшими угодьями являются сосновые леса и для других видов животных, особенно для косуль и изюбрей, а то, что их сегодня здесь мало — наша с вами «заслуга».

Мало того, что бесконтрольной охотой и рыбной ловлей мы почти уничтожили запасы представителей лососёвых рыб и копытных зверей, так в последние годы мы взялись ещё за истребление основы их жизни — лесов. Да, я не оговорился, не только звери и птицы не смогут быть восстановлены в прежнем количестве на пространствах изуродованных воровскими рубками лесов, но и потерявшие свою чистоту речные воды и обмеление рек не дадут прежнего приволья тайменям, ленкам и хариусам.

Беда для сосновых лесов нашего края состоит в том, что они дают лучшую деловую древесину. Испокон веков она использовалась жителями района для получения стройматериалов, а в последнее десятилетие стала вывозиться и за пределы страны.

Лет 10–15 назад основным заготовителем древесины в Жигаловском районе был лесозаготовительный пункт. Объёмы его заготовок леса были невелики, по сравнению с подобными предприятиями в южных и западных районах области (вдоль Транссиба), и, тем не менее, совместно с остальными потребителями леса в районе за короткий срок в доступной для транспорта территории были вырублены почти все сосняки, где рубка быле не запрещена.

Нужно отдать должное лесному хозяйству того времени, так как в значительной степени соблюдались установленные правила в пользовании и восстановлении лесов. В соответствии с ними не вырубались сосняки водоохранных и лесосеменных зон. Это позволило сохранить естественный лик обжитой части района и не отразилось тогда губительно на животном мире.

То, что происходит в сосновых лесах в последние годы, невозможно оценить иначе как безумием всех причастных к этому людей. Вырубается всё подряд, в том числе и то, что было ранее сохранено во благо природе и людям. С отводами и без них ведутся рубки в не подлежащих этому выделах леса. От поваленных деревьев нередко берётся только годный для экспорта кусок ствола в четыре метра длиной, остальное остаётся на месте повала или же огромными кучами громоздится по краям площадок погрузки леса. Ужасающая захламлённость лесов современными рубками приводит к небывалым пожарам (в чём мы уже убедились летом 2003 г.), которые не только нарушают естественное лесовосстановление, но и надолго обесценивают эти угодья во всех отношениях.

И всё это творится не где-то в отдалении, на малодоступных участках лесов, а у всех на глазах: с автодорог видны площадки «лесозаготовителей», «воруйлесовским» способом ведутся рубки леса вокруг Жигалово. Так, сразу за Тихим плёсом вблизи речки Сухой вырублены сосняки, которые служили последним наиболее благоприятным местом токовищ, гнездовий и обитания глухарей в этом районе. Сиюминутная, потребительская суть происходящего поражает. Если ещё как-то можно понять тех брошенных на произвол судьбы, обездоленных крестьян, составляющих «воруйлесовские» команды и идущих на это, чтобы выжить, то чем объяснить деятельность (кто бездействует, а кто даже участвует в этих рубках) организаций и лиц, ответственных за использование и охрану ресурсов района?

Те издержки, которые мы имеем в виде изуродованных летними вывозками дорог, оврагов на месте волоков, те мизерные доходы, которые получает местное население от истощения запасов леса не суть проблемы. Главный вопрос в том, что мы оставим после себя в наследие? Ответ ясен, для этого не требуется особых исследований. Мы обираем тех, кто будет жить на этой земле, обираем со всех сторон и надолго.

Проблему, связанную с текущим использованием лесов в районе, наши жители оценивают верным образом, — в очередной раз мудрость нашего народа подтверждается в одном только образном и точном определении её как «воруй лес». Я знаю, что очень многие жигаловцы не безразличны к происходящему, а я лично в будущем буду выбирать того из претендентов на место главы района, который среди прочих обязательств не в последнюю очередь поставит вопрос искоренения «воруйлеса», и поклонюсь ему, если он это осуществит.

В заключение хочу сказать следующее. Всё изложенное не означает, что я категорически против использования лесов на древесину. Да, она была и будет потребной в жизни людей, и леса придётся использовать в этих целях в обозримом будущем. Я за то, чтобы лес использовался по-хозяйски, с соблюдением всех законных правил, и при этом учитывалось, что в таких уникальных, с точки зрения ценности природы, районах, как наш, приоритетным должно быть прижизненное использование лесов с минимальным нарушением их естественного состояния.

P.S.: Эту статью я готовил для жигаловской районной газеты «Ленинская правда». Сдал материал в редакцию в январе 2002 г., когда начиналась кампания по выборам мэра района. Под разными предлогами публикация в газете откладывалась, и статью напечатали только после выборов в конце апреля. Понятно, что в течение предвыборной кампании эта проблема намеренно не поднималась, и править в районе осталась та же команда, что и была.

Диву даёшься, что делает с людьми время! Ещё совсем недавно эти люди, вершившие судьбу района, желали его процветания. Каких-нибудь 10 лет назад они содействовали развитию сельского и охотничьего хозяйства, в которых была занята подавляющая часть населения района, стремились сохранить леса Верхоленья. Я сам, будучи сотрудником института охоты и звероводства (Иркутск), помогал администрации района отстоять от вырубок леса в верховьях реки Илги, составлял документы, в основу которых были положены неоспоримые доказательства ценности этих лесов как средообразующих. И вот сегодня те же люди возглавили уничтожение того, за развитие и сохранность чего они прежде ратовали.

Но удивительно не только это — какое-то безумие охватило и нас с вами. Ведь всё явно, всё на поверхности — реки леса «текут» по дорогам области у всех на глазах. И это видят не только люди, далёкие от понятия «истощительное природопользование», но и специалисты, понимающие, что происходит, осознающие масштабы варварского наступления человека на природу. Надо полагать, что они так же находятся в состоянии безразличия к настоящему и будущему. Иначе чем объяснить отсутствие действенных мер против вершащегося зла?

Я хочу надеяться, что произойдёт осмысление того, к чему мы идём, и будут найдены и приняты решения, исправляющие положение дел. И хотелось бы, чтобы это произошло как можно раньше.